В истории анархизма главные страницы посвящены таким городам, как Барселона или Гуляйполе, где десятилетиями велась борьба за идеалы безвластия и где работали наиболее известные активисты движения. Однако свою историю борьбы имеют и другие места: в некоторых существовало крепкое, хотя и не столь многочисленное анархистское движение, а в некоторых сторонники анархизма появлялись неожиданно для всех, как будто по воле случая.

К числу последних в начале XX века относилась Тула – город с неусыпным полицейским надзором, вековым балластом собственнических традиций и обширной прослойкой привилегированных рабочих-оружейников. Город, в котором даже большевики поначалу чувствовали себя неуютно (вспомним ленинское «в Туле массы далеко не наши»). Тем не менее, идеи безгосударственного социализма не обошли стороной и его: в период с 1906 по 1926 г. здесь периодически возникали и вели свою работу анархистские группы. Некоторые эпизоды из истории тульских анархистов уже освещались в печати[1], теперь настало время изложить эту тему более развернуто.

Первые подпольные группы анархистов в Тульской губернии, как и во многих других регионах Российской империи, появились во время революции 1905–1907 гг. Главным источником информации о них служат документы Тульского губернского жандармского управления (ТГЖУ). Следует, однако, учитывать, что эти сведения часто содержат ошибки и неточности, поскольку жандармские чиновники не всегда правильно выделяли идейных анархистов из всей массы политических и уголовных преступников, проходивших через их руки. Так, к анархистам в разное время причисляли активного социал-демократа Дмитрия Прокудина, в годы Гражданской войны возглавившего Тулгубчека, авантюриста румынского происхождения Георгия Боцана и других людей, в действительности к движению не относившихся[2]. Похожую ошибку совершил и библиотекарь ТГЖУ, который определил марксов «Манифест Коммунистической партии» как издание «партии анархистов-коммунистов»[3].

Первое документированное упоминание об активности анархистов в Туле относится к июлю 1906 г., когда городовыми были задержаны трое московских анархо-коммунистов, распространявших прокламацию «Ко всем рабочим». Задержанные оказались вооружены, и когда их сопровождали в часть, они оказали полиции сопротивление. Произошла короткая перестрелка, и двоим анархистам в итоге удалось скрыться; третий, Ф. К. Горячев, был помещен под стражу и назвать имена своих товарищей отказался[4]. По-видимому, гости из столицы играли важную роль в формировании тульского анархо-подполья. О налаженных связях между двумя городами говорится и в воспоминаниях московских анархистов, правда, весьма кратко: «Всюду у анархистов-коммунистов были свои единомышленники, с которыми они… обменивались революционными услугами. Взамен литературы из Тулы получалось холодное и огнестрельное оружие…»[5]

Тем же летом 1906 г. Тулу посетил еще один московский революционер, известный под кличкой Александр. Решив организовать в городе серию экспроприаций, он собрал с этой целью группу из членов тульской дружины эсеров, переставших подчиняться своему партийному комитету. В одном из документов ТГЖУ участники этой группы названы анархо-коммунистами[6]. Насколько это утверждение соответствовало действительности, сказать сложно, поскольку среди лиц, заподозренных в принадлежности к экспроприаторам, упоминаются и Н. Ф. Астрецов, в дальнейшем известный как анархист, и В. В. Медведев, который остался в рядах ПСР и в 1917 г. возглавил губернскую партийную организацию[7]. Созданная Александром боевая группа совершила несколько «эксов», по преимуществу в казенных винных лавках, однако в конце сентября—начале октября полиция арестовала наиболее активных ее участников, после чего она распалась.

Вообще, тесная связь между анархистами и левым крылом партии эсеров отмечается многими источниками. Так, в одном из обзоров, составленных позднее тульскими чекистами, упоминаются новосильские эсеры Меркулов и Л. И. Руднев, которые в 1906 г. состояли членами Крестьянского союза и считали себя последователями Бакунина[8]. Эта тенденция к сотрудничеству между двумя течениями будет сохраняться и в дальнейшем.

В очередной раз тульские анархисты напомнили о себе в начале 1909 г. К этому времени у охранки практически не оставалось поводов для беспокойства: местные организации социалистов-революционеров и социал-демократов были развалены провокаторами, а их типографии ликвидированы[9]. Накануне Первомая представители обеих партий решили отказаться от проведения демонстрации; организовать агитацию они также не смогли, поскольку не получили из Москвы необходимую литературу. Оживить праздник смог Н. Ф. Астрецов, который распространял в Кремлевском саду среди рабочих прокламации, изданные от имени Тульской группы анархистов-коммунистов. Жандармы узнали об этом уже на следующий день, и в ночь на 3 мая 1909 г. Астрецов был арестован у себя на квартире. В ходе обыска квартиры были обнаружены недавно отпечатанные листовки, свыше 16 фунтов типографского шрифта и печать вышеупомянутой группы. Однако найти печатный станок и выявить сообщников Астрецова жандармам не удалось, несмотря на серию обысков, проведенных по всему городу[10].

Летом 1910 г. начальник ТГЖУ докладывал Департаменту полиции, что после ареста Астрецова деятельность анархистского подполья в губернии не возобновлялась[11]. А с декабря 1911 по январь 1917 г. аналогичные сообщения отправлялись в вышестоящие инстанции ежемесячно[12]. Однако не стоит полностью доверять этим обнадеживающим донесениям: как ни расторопны были агенты охранки, многие «предосудительные» факты все же ускользали от их взора. Примером может служить следующий случай: когда В. Г. Чертков в июне 1910 г. поселился в Крапивенском уезде и начал активную пропаганду толстовства, тульские жандармы узнали об этом лишь из письма, перехваченного их черниговскими коллегами[13].

Из других источников нам известно, что московские анархо-коммунисты распространяли в Туле свои листовки начиная с весны 1914 г. Вскоре они смогли установить связь с тульской группой своих единомышленников, которая насчитывала около 4–5 участников. Одним из посредников между ними был орловский анархист И. В. Хархардин: он привозил в Москву из Тулы наганы, а с собой забирал нелегальные издания и гектографы для тульской и других провинциальных групп[14].

Признаки оживления деятельности анархистов стали проявляться в 1915–1916 гг., в условиях нараставшего политического кризиса и усиливавшейся стачечной борьбы. В ночь на 10 августа 1915 г. на улицах Тулы было обнаружено несколько листовок, призывавших к прекращению войны и свержению самодержавия. Прокламация была издана от имени некой «группы анархистов-коммунистов»; выяснить, где она была напечатана и кто ее распространял, не удалось[15]. Спустя год, в ночь на 5 августа 1916 г., полицией был арестован рабочий патронного завода И. И. Андреев, ранее проживавший в Петрограде; при обыске в его квартире были обнаружены листовка «группы рабочих-анархистов», содержавшая воззвание «К рабочим завода “Парвиайнен”» и «Марш против войны», и прочая нелегальная литература[16].

В середине сентября 1916 г. в поездку по Туле и другим городам отправился петроградский анархист, известный как Петр. Петроградская охранка узнала об этом лишь спустя две недели, и местная агентура обнаружить разыскиваемого не смогла. Еще без малого месяц потребовался охранке для того, чтобы выяснить результаты этой «командировки». Как оказалось, вернувшись 5 октября в Петроград, Петр сообщил своей организации, что ему удалось установить связь с анархо-подпольем в Туле, Брянске и Харькове, которое в ближайшее время может организовать антиправительственный террор. О Туле в его докладе было сказано следующее: здесь «функционирует вполне организованная группа анархистов с ярко выраженными боевыми тенденциями», среди которых «имеется достаточное количество идейных и опытных в организационном отношении лиц». Сразу после этого след Петра вновь был потерян[17].

Впрочем, упомянутые в докладе Петра террористы так ничем себя и не проявили. В источниках отражен лишь один случай «насилия» анархистов над представителями власти: в феврале 1917 г. во время стачки на Тульском оружейном заводе рабочий-анархист Баташёв ударил начальника мастерской штабс-капитана Апарина за то, что он назвал организатора стачки Кудрявцева провокатором охранки. Как выяснилось впоследствии, обвинение в адрес Кудрявцева было справедливым[18]. Этот случай наглядно показывает состояние государственной машины империи накануне революции, когда разные ведомства, пытаясь подавить антиправительственное и оппозиционное движение, фактически саботировали работу друг друга.

Новый этап в истории тульского анархистского движения начался после 3 марта 1917 г., когда в губернии была установлена власть Временного правительства. Избавившись от опеки царских чиновников, различные политические группы вступили в жестокую борьбу за право направлять революцию и представлять интересы трудящихся во всевозможных советах, управах и комитетах. Сторонники безвластия, не желая отставать, по мере сил принимали участие в этих межпартийных баталиях. В итоге им удалось добиться определенной известности и даже создать несколько легенд о себе. Так, один из руководителей большевистской организации впоследствии вспоминал, что в 1917 г. в одной только Туле насчитывалось до тысячи анархистов[19]. Цифра, бесспорно, выглядит впечатляюще[20], но самими анархистами она не подтверждается (об этом будет сказано далее). Другой тульский большевик в своих воспоминаниях утверждает, что анархистами был убит арестованный помощник начальника ТГЖУ, подполковник А. А. Павлов, которого им поручили охранять[21], хотя в другой публикации говорится, что он покончил жизнь самоубийством[22]. Предположим, что этих мемуаристов просто подвела память, и обратимся к более надежным данным.

В 1917 г. в Туле действовали представители разных течений анархизма: анархо-коммунисты, анархо-синдикалисты, анархо-индивидуалисты. Наибольшей активностью отличалась Тульская группа анархо-коммунистов, сложившаяся, по-видимому, еще до революции. В одном из апрельских номеров газеты «Голос народа», издававшейся социал-демократами, было опубликовано обращение анархо-коммунистов, где говорилось, что прием новых членов в группу ведут Антонов и Ильинский[23]. Последний, будучи офицером, вел пропаганду анархизма среди солдат тульского гарнизона, чем вызвал раздражение командного состава. Совет офицеров 77-го полка потребовал от Ильинского «не распространять публично своих убеждений впредь до окончания войны»[24]. Этот случай сразу же привлек внимание военной социал-демократической организации, которая на своем первом собрании осудила действия офицеров как посягательство на свободу слова[25].

Анархисты, как «партия, стоящая на классовой точке зрения», претендовали на место в Тульском Совете рабочих и солдатских депутатов, и его исполком, хотя и неохотно, в июне признал за ними право делегировать в Совет двух представителей[26]. Лидер тульских большевиков Г. Н. Каминский, выступая в конце июля на областной конференции РСДРП(б), отмечал: «[В Туле] имеется группа анархистов, довольно идейных, но влияния они большого не имеют, в Совете идут с нами, на выборах агитируют за большевиков»[27]. Такой союз большевиков и анархистов на первый взгляд представлялся естественным: выступая против войны, политики Временного правительства и произвола капиталистов, они совместно атаковали правящую эсеро-меньшевистскую коалицию слева. Однако в действительности их цели имели между собой мало общего: тульские большевики еще летом 1917 г. выходили на демонстрации с лозунгом «Долой анархию!»[28], который должен был бы насторожить приверженцев безгосударственной идеи и показать, что им не по пути с партией Ленина. Но анархисты, похоже, не придавали этому значения. К тому же агитация за переизбрание делегатов Совета, которую при каждом удобном случае проводили большевики, приносила определенную выгоду и их союзникам: так, в начале октября, когда прошли перевыборы в нескольких мастерских оружейного завода, анархисты смогли получить 2 мандата из 25[29].

К концу года представители левого лагеря получили большинство в Тульском Совете, и 7 декабря 1917 г. он, наконец, одобрил резолюцию об установлении советской власти в губернии. Правда, формально взяв власть в свои руки, Совет фактически передал ее вновь избранному Военно-революционному комитету (ВРК), в состав которого вошли 7 большевиков, 1 левый эсер и 1 анархо-синдикалист[30].

Вскоре после этих событий сторонники безвластия решили заняться организационными вопросами. 21 декабря 1917 г. было проведено общегородское собрание анархистов всех течений и сочувствующих[31]. Предположительно, именно на нем было принято решение о создании Федерации анархических групп города Тулы, которая вскоре начала свою работу. Секретарем новой организации стал Н. Афанасьев, во время отсутствия его заменял И. Житков[32]. Кроме того, в источниках встречаются указания на деятельность анархистов в уездных городах Одоеве и Белёве, а также расплывчатое упоминание о том, что в октябре 1917 г. в Ефремове «организовался отряд Черной гвардии»[33].

Единство в федерации сохранялось недолго: уже в январе 1918 г. из нее вышла Тульская группа анархо-коммунистов, лидером которой был В. Антонов. После раскола оба течения выступили в печати с заявлениями, где они адресовали друг другу обвинения в безыдейности, провокаторстве и т.п. Федерация, судя по всему, оставалась более крупным и влиятельным объединением, группа анархо-коммунистов, в свою очередь, претендовала на преемственность с дореволюционным движением и чистоту «научного анархизма»[34]. Масла в огонь фракционной вражды подливала экспроприаторская деятельность обеих групп, которая давала им новые поводы для взаимных обличений. Наибольшую огласку получили две экспроприации на «культурно-просветительские нужды коммуны», совершенные в марте 1918 г. Федерацией анархистов совместно с эсерами-максималистами (в Союзе трактировладельцев и в Благородном собрании)[35].

Если свои культурно-просветительские нужды тульские анархисты удовлетворяли за счет присмиревшей буржуазии, то их боевая работа была поставлена при поддержке большевиков. Так, в конце февраля 1918 г. тринадцати анархистам, состоявшим в дружине федерации, было выплачено двухмесячное жалованье за службу в сводных революционных войсках – около 5 000 рублей. Позднее федерации были также выданы пулемет Кольта и 15 наганов с патронами к ним[36]. Впрочем, положение анархистов нельзя было назвать исключительным: оружие, боеприпасы и довольствие предоставлялись также Красной гвардии, боевому бюро левых эсеров, дружинам оружейников и железнодорожников. Военный комиссар губернии Д. А. Сундуков и начальник штаба сводных революционных войск Е. М. Гневушев, оба члены ПЛСР, охотно снабжали партийные боевые группы всем необходимым. К примеру, в начале 1918 г. левые эсеры, максималисты и анархисты поделили между собой вагон ручных гранат, который по требованию Сундукова был доставлен в Тулу из Белёва[37]. Благосклонность большевиков по отношению к союзникам по «левому блоку» вполне объяснима: пока эсеро-меньшевистская оппозиция сохраняла влияние в губернии, для них было нелишним иметь на своей стороне несколько десятков вооруженных анархистов (не говоря уже о левых эсерах).

Тульские анархисты, со своей стороны, оказывали большевикам не только вооруженную, но и политическую поддержку. Анархо-синдикалист А. П. Кремнев в декабре 1917 г. был назначен членом ВРК и комиссаром Тульского железнодорожного узла; в марте 1918 г. он же был командирован в Москву выбивать топливо для тульских заводов[38]. Другой анархист, Антонов, войдя в марте 1918 г. в состав Белёвского Совета, защищал продовольственную политику, проводимую большевиками[39]. Увлеченные борьбой за так называемую власть Советов, анархисты забыли один из главных заветов Кропоткина: «Всякая диктатура, как бы честны ни были ее намерения, ведет к смерти революции».

II Тульский губернский съезд Советов (12–14 апреля 1918 г.) беспрекословно одобрил большевистские резолюции, предусматривавшие дальнейшую централизацию управления и установление государственного контроля над производством и распределением[40]. В это время численность дислоцированных в губернии частей Красной армии, включая отряды особого назначения, уже превысила 2 000 человек. Почувствовав себя хозяевами положения, большевики постепенно стали избавляться от своих чересчур беспокойных союзников. В апреле 1918 г. Тульский отряд сводных революционных войск был разоружен, его командир Е. М. Гневушев оказался под арестом, а Д. А. Сундуков был смещен с поста губвоенкома. Позднее, после июльских событий, была распущена и дружина левых эсеров[41].

Поскольку тульская организация анархистов была слишком тесно связана с большевиками и не смогла создать собственную социальную базу, ужесточение политики правящей партии могло спровоцировать ее распад. Косвенное подтверждение этому дают протоколы I Всероссийского съезда анархо-коммунистов, проходившего в Москве 25–28 декабря 1918 г. Присутствовавший на съезде делегат из Тулы, имя которого не названо, коротко сообщил о положении дел: «Федерация в начале революции широко разрослась, но, благодаря отсутствию связи с центрами и непониманию своих задач, в федерации сразу начались разногласия. Широкие массы ничего общего с федерацией не имели, не имели общего и рабочие. Все же федерация насчитывала в своем составе 80–90 человек, большинство которых понимало анархизм как оправдание всего. Следствием этого появилось недоверие к анархистам, и исправить это возможно только путем духовной спайки с настоящим анархизмом»[42]. Можно предположить, что докладчик представлял Тульскую группу анархо-коммунистов, порвавшую с федерацией еще до ее окончательного распада.

С установлением режима партийно-государственной диктатуры пути тульских анархистов разошлись. Один из бывших боевиков федерации Яков Глагзон отправился на юг и весной 1919 г. стал одним из первых сотрудников махновской контрразведки[43]. Другие анархисты пытались сосуществовать с большевиками и вести легальную работу в Тульском совдепе, отделах губисполкома, комсомольских организациях[44].

Еще более резко обозначилось расхождение среди одоевских анархистов. Трое участников молодежной анархистской группы – Петров, Огурцов и Шелопаев – в начале 1919 г. были арестованы и помещены в Бутырскую тюрьму; проведя более 7 месяцев в заключении, где им даже не предъявлялось обвинение, они в сентябре приняли участие в общетюремной голодовке анархистов, но никакого продвижения по своему делу не добились[45]. С другой стороны, осенью 1918 г. в том же Одоеве некий анархо-синдикалист состоял членом уездной чрезвычайной комиссии[46]. Одним словом, анархистское движение в губернии переживало разброд и, казалось, никакой угрозы для большевиков представлять уже не могло.

Однако анархисты все же собрались с силами и летом—осенью 1919 г. сумели нанести удар, который потряс всю советскую республику. Речь идет о деятельности Всероссийской организации анархистов подполья (ВОАП), участники которой 25 сентября 1919 г. бросили бомбу в здание Московского комитета РКП(б). Борьба анархистов подполья уже неоднократно освещалась в литературе[47], можно лишь напомнить некоторые факты, связанные с их деятельностью в Тульском регионе.

Прежде всего, некоторые видные подпольщики (Я. Глагзон, А. Розанов, Н. Беляев и др.) были уроженцами Тулы и имели здесь широкие связи. Далее, в Туле анархисты совершили ряд экспроприаций, которые дали им средства, необходимые для подпольной работы. Среди них выделяются три крупных «экса», осуществленных совместно с левыми эсерами и максималистами: в июне 1919 г. в рабочем кооперативе на улице Старо-Павшинской (ныне Мосина) было взято свыше 1 млн. рублей; 29 августа 1919 г. на Чулковской площади (ныне площадка у «Катюши») была захвачена пролетка с деньгами Тульского патронного завода, общей суммой до 3,7 млн. рублей; в конце октября 1919 г. в губернском союзе кооперативных объединений боевики изъяли около 600 тыс. рублей[48]. Наконец, у анархистов имелись планы по созданию в Туле ячейки подпольной организации. С этой целью в октябре 1919 г. в город приезжали П. Соболев (руководивший московскими анархо-боевиками), Я. Глагзон, М. Гречанников и П. Шестеркин. По-видимому, им удалось привлечь к сотрудничеству бывших членов Федерации анархистов, которые с предыдущего года продолжали хранить у себя оружие[49].

Сотрудники Тулгубчека потратили много времени и сил, прежде чем выйти на след анархистов. Еще в конце сентября они не знали наверняка, кто похитил кассу патронного завода: предполагали, что это могли быть эсеры, махновцы или мародеры из караульной роты[50]. 9 октября тульские чекисты произвели аресты местных максималистов, а также связанных с ними левых эсеров и анархистов; однако среди них не оказалось ни организаторов, ни участников экспроприаций, поэтому вскоре арестованных освободили, обязав сдать все имевшееся в их организациях оружие[51]. Участник экспроприации рабочего кооператива А. И. Розанов в середине ноября был задержан тульскими милиционерами за распространение листовок, но по неизвестной причине его отпустили[52]. Спустя полторы недели Розанов все же оказался в руках чекистов и выдал всех известных ему подпольщиков; многие другие анархисты подполья к тому времени уже были арестованы или ликвидированы Московской ЧК[53].

От этих потерь тульское анархистское движение уже не смогло оправиться, и его активность пошла на спад. Тем не менее, в начале 20-х годов чекистов еще продолжали беспокоить как остававшиеся на свободе идейные анархисты, так и возможные проявления стихийного анархизма. В 1921 г. на учете в губчека состояло 8 анархистов из Тулы[54], а среди красноармейцев тульского гарнизона насчитывалось до тысячи бывших махновцев, которые враждебно относились к командному составу и были склонны к дезертирству[55]. В 1922 г., по данным губполитотдела, в Туле проживало 14 анархистов; они не были объединены в организованные группы, но периодически пытались вести агитацию (в частности, в спортивном кружке «Сокол»). В этом же году бывший анархист подполья В. Курбатов вместе со своим товарищем, личность которого установить не удалось, совершил экспроприацию в электропередаче на Косой Горе, но при попытке скрыться был убит сотрудниками милиции[56]. Несколько лет находились под наблюдением одоевские анархисты, подвергавшиеся аресту в 1919 г., но их агентурная разработка была прекращена за отсутствием результатов[57]. По состоянию на 1922 г. в Одоеве оставалось около 8–10 молодых анархистов, которые пытались пропагандировать свои взгляды среди учащихся школы II ступени; один из них, проходя военную подготовку во Всевобуче, отказался принимать присягу[58]. В том же 1922 г. около 5 человек насчитывала белёвская группа анархистов; один из участников этой группы предлагал к публикации в местной газете статью, направленную против НЭПа; другой был задержан за попытку экспроприировать пишущую машинку в уисполкоме[59]. В 1923 г. чекистами была отмечена попытка создать анархистский кружок в Алексине[60].

Работа анархистов несколько оживилась в феврале—апреле 1925 г., когда в Тульскую губернию стали стягиваться бывшие административно-ссыльные. В политобзорах ОГПУ за январь–июль 1926 г. говорится: «В Туле ссыльные скрывают бежавших из ссылки; последние направляются потом дальше на Украину. Тульские анархисты поддерживают связи как с русскими, так и с заграничными организациями… В Тульской губ. скопилось много старых анархистов, окончивших сроки заключения и ссылку и поддерживающих в настоящее время связь со ссылкой и заграницей». В ходе обысков, проведенных в августе 1926 г., у проживавших в Туле анархистов было изъято несколько наименований листовок[61]. После этого всплеска активности тульское анархистское движение окончательно сошло с общественно-политической сцены, хотя бывшие его представители еще около тридцати лет продолжали подвергаться преследованиям со стороны властей.


Персоналии

  1. Агеев, Иван Семёнович — род. в г. Харькове. Из мещан. Боевик, лидер группы анархо-коммунистов. Будучи призван на военную службу, до начала Первой мировой войны трижды дезертировал. По данным Харьковского ГЖУ, в кон. 1914 или нач. 1915 г. вновь дезертировал из действующей армии, приобрел поддельные документы и при содействии своего товарища Г. Е. Леонова-Титова (см. ниже) поселился в Туле; агентами ТГЖУ обнаружен не был. (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 776. Л. 4–5.)

  2. Александров, Павел Карпович — род. в 1889 г. в д. Вешки (по др. данным, Палтых) Рязанского уезда. Из крестьян. С дек. 1914 г. по подозрению в принадлежности к анархистам находился под гласным надзором, подвергался аресту в порядке «государственной охраны»; в марте 1915 г. скрылся от полиции. В нояб. 1916–янв. 1917 г. находился под наблюдением агентов ТГЖУ, работал конторщиком больничной кассы при Тульском патронном заводе. Впоследствии вступил в партию эсеров, репрессирован в 1937 г. (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 775. Л. 48, 52 об., 56; Д. 846. Л. 2–3; Список социалистов и анархистов … // Российские социалисты и анархисты после Октября 1917 года: (сайт). URL: http://socialist.memo.ru/lists/slovnik/index.htm.)

  3. Андреев, Иван Ильич (он же Иван Николаевич) — род. в 1897 г. в д. Фомкино Демянского у. Новгородской губ. Из крестьян. В 1909–15 гг. жил в Петрограде, работал рассыльным. В мае 1916 г., уклоняясь от призыва, приобрел поддельные документы и устроился на Тульский патронный завод. При регистрации рабочих был разоблачен и в ночь на 5 авг. 1916 г. арестован; при обыске в его квартире были обнаружены анархистские листовки и др. антиправительственная литература. (ГАТО. Ф. 90. Оп. 6. Д. 772. Л. 55–68 об.)

  4. Антонов, Василий [Митрофанович] — с 1917 г. (возможно, и ранее) являлся лидером Тульской группы анархо-коммунистов. Принимал участие в создании Федерации анархических групп г. Тулы, в янв. 1918 г. вместе со своей группой вышел из нее «по принципиальным разногласиям». Предположительно, он же весной 1918 г. был делегирован президиумом Тулгубисполкома на Богородицкий уездный съезд Советов. (ГАТО. Ф. Р-95. Оп. 14. Д. 38. Л. 160; Голос народа. 1917. 8 апр. С. 1; Новый народный голос. 1918. 19 (6) апр. С. 3; Революционный вестник. 1918. 21 (8) фев. С. 2; Орден российских тамплиеров / сост. А. Л. Никитин. Т. 2: Док-ты 1930–1944 гг. М., 2003. С. 66; Это было в 1917… Тула, 1957. С. 73.)

  5. Антонов, Григорий — предположительно, родственник В. Антонова. В апр. 1918 г. входил в Тульскую группу анархо-коммунистов. (Новый народный голос. 1918. 19 (6) апр. С. 3.)

  6. Антонов (один из вышеупомянутых?) — анархист. С 25 марта 1918 г. входил в Белёвский Совет как делегат советской боевой дружины; представители эсеро-меньшевистского крыла считали его мандат недействительным. (ГАТО. Ф. Р-158. Оп. 1. Д. 6. Л. 7–12 об.)

  7. Антонюк, Т. — в февр. 1918 г. состоял в боевой дружине Федерации анархистов. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 9. Л. 152.)

  8. Артеменко, Константин — рабочий. В 1926 г. за участие в анархистском движении был сослан в Нарымский край на 3 года. По окончании ссылки поселился в Туле. (Список социалистов и анархистов … // Российские социалисты и анархисты после Октября 1917 года: (сайт). URL: http://socialist.memo.ru/lists/slovnik/index.htm.)

  9. Астрецов, Николай Фёдорович — род. 21 июля 1889 г. в г. Туле. Потомственный дворянин. В 1905 г. был арестован по подозрению в принадлежности к партии эсеров, освобожден за недостатком улик. В сент. 1906 г. вновь был арестован по обвинению в разбойном нападении на артельную контору, оправдан Московским военно-окружным судом. В 1909 г. возглавил Тульскую группу анархо-коммунистов, к 1 мая составил и напечатал прокламацию, которую лично распространял среди жителей города. Вследствие этого был арестован в третий раз, осужден Московской судебной палатой по ст. 102 ч. 1 Уголовного уложения на 2,5 года каторги. (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 188. Л. 103, 105; Д. 339. Л. 1а, 4–5, 16, 27, 54, 64; Д. 385. Л. 228 об.; Д. 409. Л. 37 об.)

  10. Афанасьев, Н. — в янв.–марте 1918 г. являлся секретарем Федерации анархистов и боевиком ее дружины. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 1. Л. 151, 238; Д. 9. Л. 152.)

  11. Барановский (Попов), Александр Николаевич — род. в 1893 г. По нек-рым данным, служил в повстанческой армии Н. И. Махно. В авг. 1919 г. приехал в Москву и присоединился к ВОАП; участвовал в экспроприации кассы Тульского патронного завода (29.08.1919), а также в нескольких менее значительных «эксах» в Туле; входил в группу боевиков, 25 сент. 1919 г. взорвавших МК РКП(б). В нояб. 1919 г. в Москве попал в засаду, устроенную чекистами, и был арестован; на допросах отрицал свою принадлежность к анархистскому движению; в дек. 1919 г. расстрелян по приговору МосЧК. (Красная книга ВЧК. Т. 1. М., 1989. С. 345–350, 356, 361, 371–384; Список социалистов и анархистов … // Российские социалисты и анархисты после Октября 1917 года: (сайт). URL: http://socialist.memo.ru/lists/slovnik/index.htm.)

  12. Баташёв, Василий — рабочий Тульского оружейного завода. В февр. 1917 г. был анархистом, впоследствии стал большевиком. (Сорокин А. Из истории семнадцатого года в Туле. Тула, 1925. С. 9.)

  13. Бейби, М. — в янв.–февр. 1918 г. состоял в боевой дружине Федерации анархистов. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 9. Л. 151, 152.)

  14. Беляев, Николай — в янв.–марте 1918 г. состоял в боевой дружине Федерации анархистов; после распада федерации продолжал хранить у себя оружие. В 1919 г. входил в состав ВОАП; согласно показаниям некоторых участников организации, был включен в группу боевиков, экспроприировавших кассу Тульского патронного завода, но покинул свой пост до начала операции; позднее выехал в Уфу для ведения подпольной работы. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 1. Л. 151; Д. 9. Л. 152; Красная книга ВЧК. Т. 1. М., 1989. С. 367, 370–372.)

  15. Бодров, Николай — рабочий. Несколько лет проживал в Петрограде, затем в Брянске. В 1915 г. за связь с эсерами был отдан под гласный надзор полиции, выехал в Тулу. В 1917 г. стал одним из лидеров брянских анархистов. (Осипенко Л. Ф. Взлет и падение брянских анархистов // Кривое зеркало. 1998. № 17. URL: http://piter.anarhist.org/kz17.htm.)

  16. Высокомирный, Ефим Данилович — анархо-индивидуалист (по др. данным, толстовец). В мае 1918 г. занимал должность секретаря следственной комиссии при отделе юстиции Тулгубисполкома. (ГАТО. Ф. Р-717. Оп. 8. Д. 194. Л. 8.)

  17. Гвоздев, Тихон — в апр. 1918 г. входил в Тульскую группу анархо-коммунистов. (Новый народный голос. 1918. 19 (6) апр. С. 3.)

  18. Георгий — род. в 1895 г. Петроградский рабочий-металлист, член группы анархо-коммунистов. По данным Петроградской охранки, в 1914 г. организовал стачку в Туле на оружейной фабрике(?), принадлежавшей его брату(??), а затем вошел в сношения с тульской полицией(???), чтобы узнать виновника провала стачки. ТГЖУ сведениями о нем не располагало. (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 775. Л. 1б–2 об.)

  19. Глагзон, Яков (в нек-рых источниках Глазгон) — в янв.–февр. 1918 г. являлся боевиком Федерации анархистов. В марте 1919 г. присоединился к повстанческой армии Н. И. Махно и стал одним из первых сотрудников ее контрразведки. В июне 1919 г. был направлен в тыл красных для подпольной работы, вошел в состав ВОАП (по нек-рым данным, был ее казначеем). Участвовал в экспроприации кассы Тульского патронного завода (29.08.1919), взрыве МК РКП(б) (25.09.1919), экспроприации в Тулгубсоюзе кооперативных объединений (окт. 1919). Погиб 5 нояб. 1919 г. в пос. Красково под Москвой при взрыве осажденной чекистами дачи, на которой подпольщиками изготавливались бомбы. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 9. Л. 152; Красная книга ВЧК. Т. 1. М., 1989. С. 345–388; Азаров В. Махновская контрразведка // Agentura.ru: Спецслужбы под контролем: [сайт]. 2007. URL: http://agentura.ru/library/azarov; Список социалистов и анархистов … // Российские социалисты и анархисты после Октября 1917 года: (сайт). URL: http://socialist.memo.ru/lists/slovnik/index.htm.)

  20. Горшин (Гаршин), Иван Александрович — житель д. Губино Белёвского уезда. Анархо-коммунист. Был делегирован Погорельским волсоветом на III Тульский губернский съезд Советов (10–12.11.1919), где являлся единственным представителем анархистов. (ГАТО. Ф. Р-717. Оп. 8. Д. 107. Л. 20–21, 39; Третий съезд Советов … Тульской губернии. Тула, 1919. С. 3.)

  21. Горячев, Фёдор Кузьмич — род. в 1887 г. в с. Сторожилово Пронского у. Рязанской губ. Из крестьян. 11 июля 1906 г. вместе с двумя товарищами был задержан в Туле за распространение прокламаций, изданных московскими анархо-коммунистами; при аресте оказал вооруженное сопротивление, дав своим единомышленникам возможность бежать. (ГАТО. Ф. 90. Оп. 6. Д. 148. Л. 50–50 об.)

  22. Гришин, Константин Алексеевич — анархист. Делегат VII Алексинского уездного съезда Советов (18–20.04.1920). (ГАТО. Ф. Р-717. Оп. 8. Д. 372. Л. 4.)

  23. Гусев, Александр Акимович — род. 26 мая 1899 г. в с. Кунья Сарма Николаевского у. Самарской губ. Из семьи приказчика-старовера. Окончил мужскую гимназию. В 1918 г. был членом Федерации анархистов г. Тулы и лидером анархистской Ассоциации молодежи, затем вступил в большевистский Союз рабочей молодежи «III Интернационал»; работал в отделе городского хозяйства Тулгубисполкома, затем в агитпросветотделе Тулгубвоенкомата; делегат I съезда РКСМ (29.10.–04.11.1918). В 1919 г. добровольцем ушел на фронт, участвовал в боях с петлюровцами и подавлении стрекопытовского мятежа, занимал должность политдежурного 2-й бригады 8-й СД. После демобилизации был избран секретарем бюро комсомольских ячеек Первых Тульских оружейных заводов. В нояб. 1921 г. вместе с сестрами Верой и Олимпиадой состоял на учете в Тулгубчека как анархист. В 1922 г. работал в одном из детских домов Москвы, позднее поступил в Институт слова; находился под наблюдением ОГПУ. 25 мая 1925 г. был арестован, при обыске в его квартире были обнаружены анархическая литература и шапирограф, на котором печатались листовки; на допросах признал, что хранил аппарат с 1918 г., но назвать своих единомышленников отказался. 3 июля 1925 г. осужден ОСО ОГПУ по ст. 70 и 72 УК РСФСР на 3 года лишения свободы; по ходатайству родственников заключение заменено ссылкой в Тобольск; решениями ОСО от 30 марта 1928 г. и 20 апр. 1931 г. срок ссылки был продлен. 31 марта 1938 г. вновь был арестован, под пытками признал себя «организатором областной федерации анархистов», но назвать ее «участников» отказался; в июле 1938 г. осужден ОСО НКВД по ст. 58 п. 10–11 УК РСФСР на 8 лет ИТЛ. 24 нояб. 1948 г. был арестован в третий раз; в янв. 1949 г. осужден ОСО МГБ по ст. 58 п. 10 ч. 1 УК РСФСР, выслан в Джамбульскую обл. Казахской ССР. В нач. 50-х, находясь в ссылке, вновь был арестован, приговорен ОСО к 10 годам ИТЛ. В 1954 г. амнистирован. Ум. 16 авг. 1982 г. в Москве. (ГАТО. Ф. П-5682. Оп. 2. Д. 792. 8 л.; Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 6. Л. 72 об.; Ф. Р-3967. Оп. 1. Д. 23. Л. 4; Д. 29. Л. 3; Апарин Ю. В. Это нужно живым… // Вестник общественно-политической жизни. 1991. № 16. С. 5.)

  24. Житков, [И.] — в февр.–марте 1918 г. периодически исполнял обязанности секретаря Федерации анархистов. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 1. Л. 239; Д. 9. Л. 152; Революционный вестник. 1918. 21 (8) фев. С. 2.)

  25. Зайков, Николай Васильевич — в 1918 г. был членом Федерации анархистов; после распада федерации продолжал хранить у себя оружие. В нояб. 1921 г. состоял на учете в Тулгубчека как анархист. (ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 6. Л. 72 об.; Красная книга ВЧК. Т. 1. М., 1989. С. 370–371.)

  26. Захаров (Зорин), Сергей Петрович — до революции работал комиссионером. В кон. 1917 или нач. 1918 г. стал большевиком. В 1918 г. был сотрудником МосЧК, организатором комбедов, инструктором-агитатором при Тулгубисполкоме. В порядке партийной мобилизации направлен на фронт, был политработником 12-й армии, после взятия белыми Одессы вел разведывательную работу на территориях, контролируемых деникинцами и махновцами, затем служил в особом отделе 14-й армии. По его собственным словам, несколько раз арестовывался белыми и приговаривался махновцами к расстрелу, которого избежал благодаря вмешательству знакомых повстанцев. В 1921 г. в ходе партийной чистки был исключен из РКП(б) по подозрению в сотрудничестве с махновцами, а также за буржуазное прошлое. В нояб. 1921 г. по наряду Тулгубкома РКП(б) передан в распоряжение губчека, но не вернулся из отпуска и был объявлен дезертиром. (ГАТО. Ф. П-1. Оп. 2. Д. 537. Л. 3–6.)

  27. Зубарев, Матвей Никодимович — род. в д. Барково Белёвского уезда. Из крестьян. В июне 1916 г. был выслан из Петрограда за принадлежность к «Северной организации анархистов». Постановлением тульского губернатора ему было запрещено проживание в Туле, Тульском и Белёвском уездах. (ГАТО. Ф. 90. Оп. 2. Д. 302. Л. 1–2.)

  28. Зудина, Екатерина Дмитриевна — сочувствующая анархо-индивидуалистам. В мае 1918 г. работала в агитационно-вербовочном отделе Тулгубвоенкомата. (ГАТО. Ф. Р-717. Оп. 8. Д. 194. Л. 30.)

  29. Зябрев, П. — в февр. 1918 г. состоял в боевой дружине Федерации анархистов. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 9. Л. 152.)

  30. Иванов, И. — в янв.–февр. 1918 г. состоял в боевой дружине Федерации анархистов. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 9. Л. 152.)

  31. Ильинский — в апр. 1917 г. был прапорщиком 77-го пехотного запасного полка и активным членом Тульской группы анархо-коммунистов. (Голос народа. 1917. 8 апр. С. 1; 21 апр. С. 2; 26 апр. С. 3.)

  32. Ильинский, Анатолий Иванович — до революции был участником студенческого большевистского кружка, но в партии не состоял. В годы Первой мировой войны находился на военной службе, продолжал поддерживать связь с подпольными организациями. В дек. 1917 г. на съезде солдатских депутатов Особой армии был избран в состав ВРК, стал председателем его редколлегии и членом бюро фракции большевиков. Делегат III Всероссийского съезда Советов (10–18.01.1918). В марте 1918 г. был кооптирован Тулгубисполкомом в совет отдела городского хозяйства, находился на этой должности, по крайней мере, до сент. 1918 г.; примыкал к группе анархо-синдикалистов. (ГАТО. Ф. Р-717. Оп. 8. Д. 193. Л. 5, 80 об.)

  33. Казаков, Дмитрий — анархист Алексинского уезда. В нач. 1920-х гг. находился под наблюдением чекистов. (ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 18. Л. 93.)

  34. Карасев, Яков — служащий мукомольно-технической секции Тулгубсовнархоза. В июне 1919 г. участвовал в экспроприации кассы рабочего кооператива в Туле. В нояб. 1921 г. состоял на учете в Тулгубчека как анархист. (ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 6. Л. 72 об.; Красная книга ВЧК. Т. 1. М., 1989. С. 369, 371, 384.)

  35. Карманов, Николай Егорович — род. в 1891 г. в г. Туле. Из мещан. Токарь Петроградского механического завода. В 1915–16 гг. являлся активным участником группы анархистов Выборгского района. В дек. 1915 г. был арестован, освобожден за недостатком улик. (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 775. Л. 15–23 об., 28–29, 70.)

  36. Киреев, Константин Михайлович — анархист Одоевского уезда. В нач. 1920-х гг. находился под наблюдением чекистов. (ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 18. Л. 93.)

  37. Кононов (по др. данным Колов), Дмитрий Павлович — в нояб. 1921 г. состоял на учете в Тулгубчека как анархист. Ок. 1924 г. создал в Алексине кооперативное товарищество «Новый путь». (ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 6. Л. 72 об.; Орден российских тамплиеров. Т. 2. М., 2003. С. 65–66.)

  38. Кононович, К. — в янв. 1918 г. состоял в боевой дружине Федерации анархистов. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 9. Л. 152.)

  39. Корнеев (Карнеев), Алексей Васильевич — род. в 1896 г. в д. Старой Берковой Одоевского уезда. Из крестьян. С 1908 г. жил в Петрограде, работал механиком на Петроградском патронном заводе. В 1915 г. был лидером группы анархистов Выборгского района, после ее ликвидации (в марте 1916 г.?) перешел на нелегальное положение. По данным Петроградской охранки, в окт. 1916 г. мог посещать Тулу; агентами ТГЖУ обнаружен не был. (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 775. Л. 30–36, 58–59, 69–70.)

  40. Корнилов, Пётр Аркадьевич — род. 13 июня 1885 г. в г. Москве. Из семьи помещика-сахарозаводчика. Окончил Петербургский лицей. До 1914 г. занимал должность земского начальника 1-го участка Богородицкого уезда. Во время Первой мировой войны был призван на военную службу; по окончании Киевского пехотного училища получил чин прапорщика, был направлен в тульский гарнизон. С 1917 г. – анархо-коммунист. В янв. 1918 г. демобилизован; занимал должность зав. карточным бюро в Богородицком упродкоме; в сент. 1918 г. был арестован в числе заложников от буржуазии, впоследствии освобожден. В кон. 1918–1919 гг. (с перерывами) находился на службе в РККА, работал в органах снабжения Восточного фронта. Подвергался аресту за анархистскую агитацию; в 1919 г. познакомился с А. А. Карелиным и др. лидерами московского анархо-движения; позднее вступил в екатеринбургскую группу анархистов, созданную П. И. Жебеневым. В февр. 1920 г. был демобилизован по болезни; вступил в легальную Всероссийскую федерацию анархистов; по возвращении в Богородицкий уезд устроился на работу в сельскохозяйственную коммуну. В июле 1920 г. был арестован за связь с екатеринбургскими анархистами, в окт. освобожден. В 20-е гг. работал бухгалтером в различных учреждениях и предприятиях; участвовал в распространении нелегальной литературы; в 1930 г. вычищен со службы по 1-й категории. 11 окт. 1930 г. в Москве был арестован за связь с участниками анархо-мистической организации «Орден Света» (хотя сам ее членом не являлся); на допросах признавал свою причастность к анархистскому движению, но заявлял, что поддерживает советскую власть; постановлением коллегии ОГПУ от 13 янв. 1931 г. приговорен к 3 годам заключения в Ярославском политизоляторе. В 30-е гг. жил на поселении в Оренбурге. Осенью 1936 г. вновь был арестован по обвинению в принадлежности к группе ссыльных анархистов и антисоветской агитации; виновным себя не признал; постановлением ОСО НКВД от 3 марта 1937 г. приговорен к 5 годам лишения свободы. (Орден российских тамплиеров. Т. 2. М., 2003. С. 64–67, 169.)

  41. Кремнев, Александр Павлович — анархо-синдикалист. Входил в состав ВРК Тульского Совета (07.12.1917–12.02.1918), занимал должности спецкомиссара Тульского железнодорожного узла (дек. 1917–апр. 1918), и. о. коменданта станции Тула (март 1918). В апр. 1918 г. был делегирован Тульским Советом на II губернский съезд Советов, избран в состав Тулгубисполкома от группы беспартийных. Позднее получил должность в Тулгубсовнархозе. (ГАТО. Ф. Р-95. Оп. 14. Д. 38. Л. 62, 69, 158, 281, 462; Второй Тульский губернский съезд Советов … Тула, 1918. С. 9, 44; Сорокин А. Из истории семнадцатого года в Туле. Тула, 1925. С. 52, 54.)

  42. Крылов, Василий Иванович — род. в Белянинской вол. Тарусского у. Калужской губ. Из крестьян. В авг. 1910 г. поселился в Туле, работал портным; по данным ТГЖУ, являлся членом московской группы анархо-коммунистов, ликвидированной в том же месяце. Московская охранка сведениями о нем не располагала. (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 385. Л. 244, 256.)

  43. Кузьмин, Александр Петрович — в нояб. 1921 г. состоял на учете в Тулгубчека как анархист. Предположительно, он же в янв.–февр. 1918 г. состоял в боевой дружине Федерации анархистов. (ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 6. Л. 72 об.; Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 9. Л. 152.)

  44. Курбатов, Виктор Михайлович — в 1919 г. являлся членом ВОАП, участвовал в нескольких «эксах» в Туле, позднее выехал для подпольной работы в Самару (по др. данным, в Уфу). 6 июня 1922 г. принимал участие в экспроприации кассы электропередачи ТОЗ на Косой Горе, при попытке скрыться был убит сотрудниками милиции. (ГАТО. Ф. П-1. Оп. 2. Д. 514. Л. 22; Красная книга ВЧК. Т. 1. М., 1989. С. 370, 372, 374; Список социалистов и анархистов … // Российские социалисты и анархисты после Октября 1917 года: (сайт). URL: http://socialist.memo.ru/lists/slovnik/index.htm.)

  45. Левай, Андрей — в апр. 1918 г. входил в Тульскую группу анархо-коммунистов. (Новый народный голос. 1918. 19 (6) апр. С. 3.)

  46. Леменев, Дмитрий — уроженец г. Сердобска Саратовской губ. В 1919 г. являлся членом ВОАП; принимал участие в экспроприации кассы рабочего кооператива (июнь 1919), а также в нескольких менее значительных «эксах» в Туле; позднее выехал для подпольной работы в Уфу (по др. данным, в Сибирь). (Красная книга ВЧК. Т. 1. М., 1989. С. 369–372, 384.)

  47. Леонов-Титов, Григорий Ермолаевич — род. в 1892 г. в Троицкой вол. Курского уезда. Из крестьян. В 1907 г. был арестован в Курске за участие в экспроприациях, выслан в Якутскую обл. на 4 года. В 1913 г., проживая в Харькове, вступил в группу анархо-коммунистов. В июле 1914 г. был арестован, освобожден за недостатком улик. По данным Харьковского ГЖУ, в дек. 1914 г. переехал в Тулу и устроился на патронный завод; агентами ТГЖУ обнаружен не был. (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 692. Л. 53; Д. 776. Л. 4–5.)

  48. Мельников, Василий Константинович — род. в 1885 г. в д. Поздняковой Можайского у. Московской губ. Из крестьян, по профессии токарь. По данным Московского губ. жандармского управления, являлся анархо-коммунистом. В июне 1912 г. поселился в Туле и вскоре был взят под наблюдение. В том же году в отношении Московской охранки упоминается некий рабочий с тем же именем – уроженец с. Ильинское Волоколамского у., вместе со своим товарищем Алексеем Васильевичем Васильевым был уволен с завода «Вестингауз» в Москве за организацию стачки, после чего они переехали в Тулу и якобы намеревались организовать убийство начальника механических мастерских данного завода. (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 528. Л. 32–34, 38–42, 48.)

  49. Минаев, Г. — анархист. В 1919 г. был кооптирован в президиум Тульского губкома РКСМ. В сент. 1919 г. вышел из комсомола, протестуя против его превращения в придаток РКП(б). (ГАТО. Ф. П-108. Оп. 1. Д. 1. Л. 14.)

  50. Мосолов, Д. — в февр. 1918 г. состоял в боевой дружине Федерации анархистов. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 9. Л. 152.)

  51. Назаров, Игнатий Алексеевич — анархист. В революционном движении до 1917 г. не участвовал. В сент. 1918 г. работал зав. подотделом школьного хозяйства Епифанского УОНО. (ГАТО. Ф. Р-717. Оп. 8. Д. 193. Л. 92, 94.)

  52. Огурцов — анархист Одоевского уезда. В 1919 г. был арестован, более полугода провел в Бутырской тюрьме. (Анархия: Орган Всерос. и Моск. орг. анархистов подполья. 1919. № 2. URL: http://oldcancer.narod.ru/anarchism/anarhia_2.htm.)

  53. Очаковский — житель д. Карники Белёвского уезда. Анархист. В нояб. 1921 г. находился под наблюдением чекистов. (ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 21. Л. 66.)

  54. Павлов, Сергей Иванович — род. в 1883 г. в д. Михайловске Каширского уезда. Из крестьян. В июне 1912 г. поселился в Туле и вскоре был взят агентами ТГЖУ под наблюдение как связанный с В. К. Мельниковым (см. выше). В мае 1916–янв. 1917 г. вновь находился под наблюдением, работал слесарем на Тульском патронном заводе. (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 528. Л. 32–36; Д. 775. Л. 62–63; Д. 846. Л. 2–3.)

  55. Пётр — лидер боевой группы анархистов в Петрограде. По данным Петроградской охранки, в сент.–окт. 1916 г. дважды посещал Тулу с целью налаживания связей с местными анархистами и организации антиправительственного террора. ТГЖУ предполагало, что под этим именем мог скрываться тульский цеховой Пётр Алексеевич Скоропоспешнов, разыскивавшийся за связь с И. И. Андреевым (см. выше). (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 775. Л. 24, 30–31 об., 41–43, 51–51 об., 57, 64. П. А. Скоропоспешнов с 1917 г. являлся активистом тульской организации левых эсеров, а позднее максималистов. См.: Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 6. Л. 62 об.; Д. 9. Л. 85–86 об., 88.)

  56. Петров, Иван Сергеевич — род. в 1900 г. в с. Лужном Одоевского уезда. Из семьи полицейского чиновника. Анархист с 1917 г., возглавлял молодежную анархистскую группу в Одоеве. В начале 1919 г. был арестован вместе с двумя товарищами, более полугода провел в Бутырской тюрьме. В 1920 г. вновь подвергался аресту. В 1921–22 г. состоял под наблюдением чекистов, подозревался в приобретении оружия; агентурная разработка была прекращена в связи с его отходом от анархизма. В 1929 г. был лишен избирательных прав, в авг. 1930 г. восстановлен. В 1931 г. работал экономистом в Тульском отделении «Мосснабсбыта», считался «не заслуживающим доверия в политическом отношении». В кон. 30-х проживал в Туле, работал коммерческим директором ватной фабрики; в 1938 г. был завербован УНКВД в качестве сексота. 10 мая 1940 г. был арестован; обвинялся в антисоветской агитации, предоставлении ложных сведений о контрреволюционных высказываниях граждан и разглашении своего сотрудничества с органами госбезопасности (ст. 58 п. 10 ч. 1, 16/58 п. 7 и 121 УК РСФСР); согласно материалам следствия, на допросах «высказывал погромные настроения в отношении Советской власти», признал свою вину по второму пункту обвинения. Решением ОСО НКВД от 19 нояб. 1940 г. осужден на 8 лет ИТЛ. (ГАТО. Ф. П-1. Оп. 2. Д. 514. Л. 22; Ф. Р-1899. Оп. 1. Д. 55. Л. 156; Ф. Р-2232. Оп. 1. Д. 272. 14 л.; Анархия: Орган Всерос. и Моск. орг. анархистов подполья. 1919. № 2. URL: http://oldcancer.narod.ru/anarchism/anarhia_2.htm.)

  57. Плугин, Н. — в янв.–февр. 1918 г. состоял в боевой дружине Федерации анархистов. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 9. Л. 152.)

  58. Прошичев, Василий — помощник машиниста станции Белёв. В дек. 1905 г. вместе со своим отцом участвовал во всероссийской забастовке железнодорожников, за что был уволен. После увольнения оставался активным участником Всероссийского железнодорожного союза. В авг. 1907 г. вел пропаганду анархо-коммунизма среди рабочих депо. По нек-рым данным, создал коммуну в имении, принадлежавшем его сожительнице Марии Дмитриевне Фандеевой и ее брату Николаю. (ГАТО. Ф. 1304. Оп. 1. Д. 7. Л. 7, 64–71 об., 87–91в об., 147.)

  59. Розанов, Александр Иванович — род. в 1891 г. в г. Туле. Цеховой ремесленник. В янв. 1916 г. участвовал в забастовке на Тульском патронном заводе, после локаута не был принят обратно, фабричной инспекцией характеризовался как «вредный элемент». В нач. 1918 г. занимал должность комиссара в Белёве; затем работал в отделе соцобеспечения в Сердобске (Саратовская губ.). В 1919 г. являлся членом ВОАП, имел широкие связи среди анархистов, максималистов и левых эсеров; вел подпольную работу в Москве и Самаре, участвовал в экспроприации кассы рабочего кооператива в Туле (июнь 1919), был причастен к перевозке и хранению взрывчатых веществ. Ок. 11 нояб. 1919 г. был задержан в Туле за распространение листовок, по неизвестной причине освобожден; 21 нояб. 1919 г., также в Туле, попал в засаду чекистов и был арестован за участие в ВОАП; активно сотрудничал со следствием. В нояб. 1921 г. состоял на учете в Тулгубчека как анархист. (ГАТО. Ф. П-1. Оп. 1. Д. 219. Л. 6–7; Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 6. Л. 72 об.; Ф. Р-1905. Оп. 2. Д. 33. Л. 6–10 об.; Красная книга ВЧК. Т. 1. М., 1989. С. 350–351, 366, 369–375, 381, 384.)

  60. Саркисов — в апр. 1918 г. входил в Тульскую группу анархо-коммунистов. (Новый народный голос. 1918. 19 (6) апр. С. 3.)

  61. [Сморгин], Е. — в янв.–февр. 1918 г. состоял в боевой дружине Федерации анархистов. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 9. Л. 152.)

  62. Сморгони[н], Наум Лазаревич — до революции участвовал в работе подпольных кружков. С 1913 г. – эсер, с нояб. 1917 г. – левый эсер. В 1917 г. был сотрудником «Известий» Витебского Совета; в дальнейшем занимал руководящие посты в продовольственных органах и профсоюзе служащих. В сент. 1918 г. работал в жилотделе Тулгубисполкома, определял себя как анархо-индивидуалиста. (ГАТО. Ф. Р-717. Оп. 8. Д. 193. Л. 40.)

  63. Соловьёва, Дарья Семёновна — род. в д. Юрьев-Лес Ефремовского уезда. Из крестьян. В июне 1916 г. была выслана из Петрограда за принадлежность к «Северной организации анархистов». Постановлением тульского губернатора ей было запрещено проживание в Туле, Тульском и Алексинском уездах. (ГАТО. Ф. 90. Оп. 2. Д. 739. Л. 1–2.)

  64. Таратынов, Яков Емельянович — род. в д. Моховские Выселки Ефремовского уезда. Из крестьян. 13 нояб. 1906 г. за принадлежность к анархо-коммунистам постановлением ОСО МВД выслан на 3 года в Тобольскую губ. По окончании ссылки вернулся на родину и был призван на военную службу. (ГАТО. Ф. 90. Оп. 6. Д. 416. Л. 104–108 об.)

  65. Тюриков, Александр Васильевич — анархо-индивидуалист. В мае 1918 г. работал в агитационно-вербовочном отделе Тулгубвоенкомата. (ГАТО. Ф. Р-717. Оп. 8. Д. 194. Л. 30.)

  66. Филимонов, Василий Иванович — анархист. Служащий Ивановского волсовета Алексинского уезда. В нояб. 1921 г. находился под наблюдением чекистов. (ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 21. Л. 14.)

  67. Худяков, Михаил Григорьевич (он же Коршун, Николай Александрович) — род. в д. Стакановке Щигровского у. Курской губ. Из крестьян. Весной 1905 г. вместе с несколькими товарищами прибыл из Саратова в Тулу, где они некоторое время проживали по поддельным документам и состояли в местной организации РСДРП. В окт. 1906 г. был арестован в Харькове за принадлежность к анархо-коммунистам. (ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 188. Л. 176–177 об.)

  68. Швецов, В. — в янв. 1918 г. состоял в боевой дружине Федерации анархистов. (ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 9. Л. 152.)

  69. Шелопаев, Емельян Клементьевич — анархист Одоевского уезда. В 1919 г. был арестован, более полугода провел в Бутырской тюрьме. В нач. 20-х гг. находился под наблюдением чекистов. (ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 18. Л. 93; Анархия: Орган Всерос. и Моск. орг. анархистов подполья. 1919. № 2. URL: http://oldcancer.narod.ru/anarchism/anarhia_2.htm.)


[1] См.: Апарин Ю. В. Это нужно живым… // Вестник общественно-политической жизни. 1991. № 16. С. 5; Охендушко С. С. К истории ультралевого антибольшевистского подполья в России 1918–1919 гг. // Человек в социальном мире: Проблемы, исследования, перспективы. 2000. № 3/4. С. 52–55; Судаченков М. С. Неизвестные тульские анархисты // Анархист. 1992. № 8; 1993. № 9. Все работы опубликованы в тульских периодических изданиях.

[2] Государственный архив Тульской области (ГАТО). Ф. 1300. Оп. 3. Д. 1312. Л. 9–10 об.; Д. 385. Л. 61–61 об.; Д. 1312. Л. 1Б–12.

[3] Там же. Оп. 1. Д. 427 (280). Л. 7 об.

[4] ГАТО. Ф. 90. Оп. 6. Д. 148. Л. 50–50 об. Тульский полицмейстер в своем рапорте обстоятельно описывает подробности ареста, не забывая упомянуть о жертвах стычки: «От произведенных неизвестными выстрелов [городовой] Побоков получил легкую рану в голову… а стоявшая в недалеком расстоянии девочка Варвара Алексеева Дикова, 13 лет, ученица швейного дела, случайно ранена пулей в левую ключицу навылет, последняя помещена в больницу и состояние ее тяжелое». Впрочем, как видно из прессы, слуги закона далеко не всегда были так сострадательны: «Известное дело о нанесении г. Цветковым в августе смертельной раны одному крестьянскому мальчику и более легкой другому… прекращено ввиду отсутствия состава преступления, так как г. Цветков якобы действовал в состоянии необходимой самообороны против пострадавших, покушавшихся на покражу яблок из его… сада» (Тульская речь. 1906. 28 нояб. С. 3). В этом, конечно же, нет ничего удивительного: порядочным собственникам легко сходит с рук то, за что преследуются революционеры.

[5] Северянин [Васильев П.] Очерк анархического движения в Москве (1905–1908 гг.) // Альманах: Сборник по истории анархического движения в России. Париж, 1909. С. 48, 55. URL: http://socialist.memo.ru/books/perli/almanach_anarchiste.zip. Приобрести оружие в Туле не представляло особой сложности: как отмечалось в документах ТГЖУ, многие кустари, чтобы заработать на жизнь, подпольно изготовляли оружие из бракованных и краденых деталей (см.: ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 409. Л. 35 об.).

[6] ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 385. Л. 171–172 об.

[7] Там же. Д. 188. Л. 103–106. В этом списке значатся также Е. Агафонов, А. Алифанов, Ф. Глаголев, С. В. Дорожкин, В. Дрейер, В. В. Калитин, Г. П. Кожуров, М. и Н. Козаковы, Н. М. Матасов, А. Мельников, А. Н. Мясников, С. Ничкин, В. Халатов, М. и С. Черновы, А. Яковлев и другие.

[8] ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 9. Л. 51.

[9] ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 385. Л. 158–159 об., 171–172 об., 227–230; Д. 409. Л. 37, 37 об.; Ф. Р-1905. Оп. 4. Д. 25. Л. 41–47.

[10] ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 339. Л. 4–5, 40–53, 55–56, 64–64 об.

[11] Там же. Д. 385. Л. 228 об.

[12] Там же. Д. 528, 621, 692, 775, 776, 846.

[13] Там же. Д. 385. Л. 189–192 об., 194, 195, 219. В Тульской губернии вели работу и другие последователи Л. Н. Толстого: в их числе могут быть названы Н. Н. Гусев, В. Ф. Булгаков, С. М. Булыгин, В. Н. Медведков. Можно ли считать толстовцев представителями анархистского лагеря, остается спорным вопросом; в любом случае их, ввиду своеобразия взглядов и методов деятельности, следует рассматривать отдельно от остальных направлений анархизма.

[14] Худолей В. Анархические течения накануне 1917 г. // Михаилу Бакунину: Очерки истории анархического движения в России. М., 1926. С. 317–318, 322.

[15] ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 776. Л. 14; Д. 781. Л. 98, 99; Ф. Р-1905. Оп. 4. Д. 23. Л. 6.

[16] ГАТО. Ф. 90. Оп. 6. Д. 772. Л. 55–68 об.; Ф. 1300. Оп. 3. Д. 775. Л. 42–42 об., 53–53 об.

[17] ГАТО. Ф. 1300. Оп. 3. Д. 775. Л. 24–24 об., 26, 30–31 об. См. также: Коротич П. О. Российские анархисты в годы Первой мировой войны: Идеология, организация, тактика (1914–1918 гг.): дис. … к. и. н. М., 2000. С. 137, 170, 194.

[18] Сорокин А. Из истории семнадцатого года в Туле. Тула, 1925. С. 9.

[19] Это было в 1917… Сб. восп. участников октябрьских событий в Туле. Тула, 1957. С. 73.

[20] Для сравнения, осенью 1917 г. в губернии насчитывалось около 1,5 тысяч большевиков и 10 тысяч эсеров (см.: Октябрь в Туле: Сб. док-тов. Тула, 1957. С. 43, 177).

[21] Это было в 1917… С. 90.

[22] Сорокин А. Указ. соч. С. 24.

[23] Голос народа. 1917. 8 апр. С. 1.

[24] Там же. 26 апр. С. 3.

[25] Там же. 21 апр. С. 2. Заметим, что после окончательного размежевания среди тульских социал-демократов в конце мая—начале июня 1917 г. военная организация в полном составе перешла к большевикам (см.: Октябрь в Туле. С. 175–176).

[26] ГАТО. Ф. Р-252. Оп. 8. Д. 11. Л. 30.

[27] Октябрь в Туле. С. 177.

[28] ГАТО. Ф. Р-252. Оп. 8. Д. 8. Л. 14 об.–15.

[29] ГАТО. Ф. П-29. Оп. 1. Д. 1. Л. 17. Результаты выборов были аннулированы Тульским Советом, который постановил, что перевыборы делегатов должны проводиться по предприятиям, а не по мастерским (Ф. Р-252. Оп. 8. Д. 8. Л. 19).

[30] ГАТО. Ф. П-1. Оп. 1. Д. 1. Л. 1а. Позднее к ним присоединились еще 3 большевика и 3 левых эсера (см.: Октябрь в Туле. С. 61–63, 311–316; Сорокин А. Указ. соч. С. 52–54).

[31] Пролетарская правда. 1917. 21 дек. С. 4.

[32] ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 1. Л. 151, 238–239; Д. 9. Л. 151–152.

[33] ГАТО. Ф. Р-252. Оп. 8. Д. 11. Л. 92 об.

[34] Тульская молва. 1918. 28 янв. С. 3; Революционный вестник. 1918. 21 (8) фев.; Новый народный голос. 1918. 19 (6) апр. С. 3.

[35] Новый народный голос. 1918. 14 (1) марта. С. 2; 28 (15) марта. С. 3–4; 29 (16) марта. С. 3.

[36] ГАТО. Ф. Р-2272. Оп. 1. Д. 1. Л. 151, 238–239; Д. 9. Л. 151–152, 167; Д. 10. Л. 30.

[37] Красная книга ВЧК. Т. 1. М., 1989. С. 375.

[38] ГАТО. Ф. Р-95. Оп. 14. Д. 38. Л. 62, 69; Сорокин А. Указ. соч. С. 54.

[39] ГАТО. Ф. Р-158. Оп. 1. Д. 6. Л. 7 об., 8 об., 9, 11 об., 12 об.

[40] См.: Второй Тульский губернский съезд Советов крестьянских и рабочих депутатов. Тула, 1918. 47 с. На съезде присутствовали 174 большевика, 69 левых эсеров, 2 эсера, 2 меньшевика, 2 анархиста и 74 беспартийных. Острословы из «Нового народного голоса» назвали это мероприятие свозом Советов, после чего газета меньшевиков была закрыта во второй (и последний) раз.

[41] ЧК должна пользоваться безусловным доверием…: Сб. док-тов. Тула, 2008. С. 163–178.

[42] Анархисты: Док-ты и материалы / cост. В. В. Кривенький. Т. 2: 1917–1935. М., 1999. С. 190.

[43] Азаров В. Махновская контрразведка // Agentura.ru: Спецслужбы под контролем: [сайт]. 2007. URL: http://agentura.ru/library/azarov.

[44] ГАТО. Ф. Р-252. Оп. 1. Д. 4а. Л. 3; Ф. Р-717. Оп. 8. Д. 193. Л. 5, 40, 80 об., 92, 94; Д. 194. Л. 8, 30; Ф. П-108. Оп. 1. Д. 1. Л. 14; Упрочение советской власти в Тульской губернии. Год 1918: Сб. док-тов. Тула, 1961. С. 228.

[45] Анархия: Орган Всероссийской и Московской организации анархистов подполья. 1919. № 2. URL: http://oldcancer.narod.ru/anarchism/anarhia_2.htm.

[46] Еженедельник чрезвычайных комиссий по борьбе с контрреволюцией и спекуляцией. 1918. № 6. С. 30.

[47] См.: Азаров В. Бомба для Кремля: Спецназ махновской контрразведки // Набат. 2001. № 3. URL: http://azarov.net/comprehension/history/62-bomb-for-kremlin.html; Алданов М. Взрыв в Леонтьевском переулке // Он же. Картины Октябрьской революции [и др.]. СПб., 1999. С. 87–114; Быковский C. М. «Анархисты подполья» // Российские социалисты и анархисты после Октября 1917 года: [сайт]. URL: http://socialist.memo.ru/firstpub/y05/ap.htm; Взрыв в Леонтьевском переулке 25 сентября 1919 года / сост. П. Макинциан // Красная книга ВЧК. Т. 1. М., 1989. С. 311–400; Дубовик А. В. Анархисты подполья и взрыв в Леонтьевском переулке // Российские социалисты и анархисты после Октября 1917 года. URL: http://socialist.memo.ru/anniv/y05/leont.htm; Охендушко С. С. Указ. соч.; Шубин А. В. Анархия – мать порядка: Между красными и белыми. М., 2005. С. 235–245.

[48] Красная книга ВЧК. С. 367–375, 381–385; От Московской чрезвычайной комиссии (к арестам среди соц[иалистов]-рев[олюционеров]-максималистов) // Известия ВЦИК. 1919. 18 дек. Показания о первой и последней экспроприациях противоречивы: по-видимому, арестованные подпольщики постоянно путали их на допросах.

[49] Красная книга ВЧК. С. 368, 370–371, 375, 383.

[50] ГАТО. Ф. П-1. Оп. 1. Д. 106. Л. 50–54.

[51] ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 9. Л. 85–88, 129–130; Ф. П-1. Оп. 1. Д. 338. Л. 42.

[52] ГАТО. Ф. П-1. Оп. 1. Д. 219. Л. 6–7.

[53] Красная книга ВЧК. С. 345–346, 369–375.

[54] ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 6. Л. 72 об.

[55] ГАТО. Ф. П-1. Оп. 2. Д. 144. Л. 77. Кроме того, жители некоторых селений, пострадавших от неурожая, стремились на Украину, и власти опасались, что они также примкнут к махновским отрядам (Там же. Д. 143. Л. 26; Д. 144. Л. 92 об.).

[56] Там же. Д. 514. Л. 20, 22.

[57] ГАТО. Ф. Р-1861. Оп. 1. Д. 18. Л. 93; Ф. П-1. Оп. 2. Д. 160. Л. 31; Д. 514. Л. 22.

[58] ГАТО. Ф. П-1. Оп. 2. Д. 514. Л. 47 об.

[59] Там же. Л. 48.

[60] Там же. Д. 931. Л. 89.

[61] «Совершенно секретно»: Лубянка – Сталину о положении в стране: Сб. док-тов. Т. 3: 1925 г. Ч. 1. М., 2002; Т. 4: 1926 г. Ч. 1. М., 2001. URL: http://istmat.info/node/22548.